Услышьте нас на суше!

Услышьте нас на суше!

Россия – морская держава. Такой титул обязывает ко многому. Например, к обеспечению безопасности тысяч моряков и рыбаков, работающих в наших водах. Но могут ли они быть уверены в том, что в случае беды их аварийный сигнал услышат и отправят помощь? Для западного побережья Камчатки этот вопрос крайне актуален

Краткий курс ГМССБ

Поскольку не все наши читатели являются морскими специалистами, начать разговор придется с краткой теории ГМССБ – глобальной морской системы связи при бедствии.

Эта система создана международным сообществом, чтобы аварийный сигнал судна, попавшего в беду, был услышан сразу, где бы оно ни находилось. ГМССБ определяет четыре вида морских районов под литерой А и числом от 1 до 4. В каждом из них предусмотрено использование при бедствии определенных средств связи, которые обеспечивают здесь самую высокую надежность и оперативность. Значит, помощь тоже должна быть оперативной и гарантированной.

Возьмем, к примеру, районы А1 и А2, наиболее приближенные к берегу. В первом из них для передачи сигналов бедствия рекомендованы радиостанции, работающие на ультракоротких волнах, во втором – на промежуточных волнах. В обоих районах на побережье должны стоять береговые станции, чтобы ловить эти сигналы и передавать их в местные спасательные центры. Если этих станций нет (либо они есть, но не работают), то прилегающая акватория автоматически становится районом А3, где оповещение береговых служб о бедствии возможно по спутниковым каналам.

Спутниковая связь надежна. Но если судно терпит аварию не в открытом море, а в прибрежье, то передача сигнала бедствия на берег через спутник – менее рациональная процедура, чем радиосвязь. Со спутника сигнал может попасть не сразу в близлежащую береговую службу, а в соседний регион и даже другое государство. Конечно, его оттуда переадресуют куда надо, но это займет лишнее время, когда каждая минута будет на счету.

Теперь перейдем от теории к ее воплощению на практике.

Сектор 13

ГМССБ делит Мировой океан на 20 секторов. Почти вся морская акватория Дальнего Востока входит в сектор NAVAREA 13, который является полностью российским. В него входят Охотское море, российская часть Берингова моря, Сахалин, Курильские острова, побережья Приморского края, Хабаровского края, Магаданской области, Камчатки, Чукотки. На все это огромное пространство у России 11 станций района А1 и 14 станций района А2.

Для сравнения возьмем соседний по Тихому океану сектор NAVAREA 11 (Южная Азия). Например, у Индонезии здесь 84 станции района А1, 68 станций А2. У Южной Кореи 46 станций А1, девять – А2. У Японии нет станций района А1, но есть 35 станций А2. У Северной Кореи вообще нет станций никаких морских районов.

Простое сопоставление цифр еще ни о чем не говорит (правда, не в случае КНДР). Вопрос не только в количестве объектов ГМССБ, но и в равномерности их расположения. Например, в Японии они расположены так, что практически перекрывают все ее побережье. А вот на все западное побережье Камчатки есть только один объект ГМССБ морского района А2 в п. Озерновском. Но и тот не считается действующим, поэтому не внесен в международный мастер-план объектов ГМССБ. Таким образом, охотоморская прибрежная акватория нашего полуострова (а это район очень активного судоходства) лишена аварийной радиосвязи. Почему так произошло?

Чтобы ответить на этот вопрос, заглянем в историю.

Как это было

Формирование структуры ГМССБ в нашей стране началось на закате СССР. Времена были революционные. Многие важные вопросы решались стихийно, без продуманного плана и четкого понимания поставленной задачи.

На Камчатке береговой структурой ГМССБ должен был стать радиоцентр местного пароходства, но не стал, потому что пароходство приказало долго жить. Функцию ГМССБ взял на себя рыбрадиоцентр, так как иных кандидатов не оставалось. По времени это совпало с преобразованием рыбрадиоцентра в Камчатский центр связи и мониторинга (КЦСМ), что тоже произошло скорее по воле случая. КЦСМ (а это было одно из двух первых предприятий такого рода в России) подчинялся Госкомитету по рыболовству (впоследствии – федеральному агентству). В итоге именно этому столичному ведомству пришлось заняться созданием морской системы связи при бедствии и на Камчатке, и в других регионах.

В таких условиях был дан старт строительству в п. Озерновском объекта ГМССБ морского района А2, который должен был контролировать большую часть западного побережья. Финансирование проекта шло еле-еле, оборудование собирали с миру по нитке: из Японии, Болгарии, из советских запасов. Кроме того, станцию так и не смогли обеспечить надежным наземным каналом связи с другими береговыми службами.

В 2006 году станция начала работать, но только в режиме опытной эксплуатации. В 2007-м при ее первичном освидетельствовании был выявлен ряд проблем, не позволивших получить сертификат о соответствии. Замечания устранены не были. Освидетельствований станция больше не проходила. В довершение ко всему на ней случился пожар.

Спустя примерно 8 лет Федеральное агентство по рыболовству изыскало деньги на реконструкцию объекта. В 2015 году был заключен госконтракт на эти работы. Подрядчиком выступила фирма из Москвы. Но когда проект реконструкции был почти готов, государство решило передать все объекты ГМССБ из ведения Федерального агентства по рыболовству в минтранс (а точнее – в подчиненное ему ФГУП «Росморпорт»). На этом дело временно заглохло.

Как рассказал директор петропавловского филиала Росморпорта Владимир Козлов, объект ГМССБ в п. Озерновском был закреплен за его ведомством в конце 2017 года. При передаче имущества выяснилось, что основная часть оборудования не работоспособна. Требуются строительство антенно-мачтовых сооружений, создание помещений для персонала, полная замена технических средств, устаревших физически и морально.

На данный момент в связи с критическим состоянием оборудования и инфраструктуры береговой объект ГМССБ морского района А2 в Озерновском свои функции выполнять в полном объеме не может. Проектные документы по реконструкции этого объекта, подготовленные еще Федеральным агентством по рыболовству, требуют корректировки.

У Росморпорта есть план развития систем обеспечения безопасности мореплавания. Он предусматривает строительство объекта ГМССБ морского района А2 в п. Озерновском к 2023 году. Но как рыбакам и морякам обходиться без него в течение ближайших лет? Как его отсутствие сказывается на безопасности мореплавания? Рассуждать об этом можно не только теоретически, но и на конкретном примере судна «Анатолий Крашенинников».

Тифон, шашки и ракеты

9 ноября 2018 года в Охотском море недалеко от мыса Лопатка потерпел крушение самоходный плашкоут «Анатолий Крашенинников», который доставлял груз из Петропавловска в Палану. Судно затонуло полностью. Из 13 человек, которые находились на борту, трое не спаслись.

На «Анатолии Крашенинникове» было оборудование ГМССБ для районов А1, А2 и А3. При крушении судно не пыталось установить аварийную радиосвязь с берегом, как это предусмотрено для района А2. Такая попытка и не имела бы большого смысла. Берег узнал о ЧП сначала от экипажа плавбазы «Дальмос», которая находилась в районе бедствия. А затем через Международный координационно-вычислительный центр был принят сигнал аварийного радиобуя.

По информации Дальневосточного следственного отдела на транспорте, затопление судна произошло 9 ноября в 5:40 по московскому времени (14:40 по камчатскому времени). «Дальмос» сообщил о ЧП в 17:40. Сигнал от радиобуя получили в 18:00. То есть, между моментом бедствия и поступлением аварийного сигнала – разрыв почти в три часа. Это серьезная потеря времени для такой ситуации.

Была ли у экипажа возможность передать сигнал бедствия иным способом и более оперативно?

«Да, была. Кроме аппаратуры ГМССБ экипаж мог подать сигнал бедствия на УКВ 16 канале, так как в пределах видимости находилась плавбаза «Дальмос» и смогла услышать их сообщение. Кроме этого, можно было использовать международные сигналы бедствия: подавать звуковые сигналы тифоном, зажечь оранжевые дымовые шашки, пускать красные парашютные и звуковые ракеты и т. д.», – отвечает начальник камчатского морского спасательного подцентра Артур Рец.

Морякам и пассажирам «Анатолия Крашенинникова» сильно повезло, что плавбаза «Дальмос» оказалась рядом и пришла им на помощь без координирующей роли морского спасательного подцентра. А если бы поблизости не было других судов? Если бы не сработал радиобуй? Если бы бедствие случилось в темное время суток, в зимних условиях, в шторм? Помогли бы тут тифоны, шашки и звуковые ракеты?

О высших ценностях

А как насчет восточного побережья? Объект ГМССБ, отвечающий за восток, строили в Петропавловске в 2000-х, когда финансирование таких проектов было более стабильным. Оборудование приобреталось централизованно под единый стандарт. В краевом центре построен центр управления связью, где работают береговые операторы морского района А2, в Аваче – приемный центр, в районе ручья Железного – передающий центр.

На первый взгляд ситуация здесь более благополучна, чем на западном побережье. Однако есть одно «но». Радиус действия береговой станции района А2 – порядка 150 миль. То есть, объект ГМССБ, который находится в Петропавловске, охватывает участок восточного побережья примерно от мыса Лопатка до Усть-Камчатска. Но районы севернее Усть-Камчатска глухи к аварийной радиосвязи. Там нет ни одного объекта ГМССБ. В начале этого века планировалось строить такой объект в Усть-Камчатске. Было даже закуплено оборудование для него (говорят, оно до сих пор лежит где-то на складе в Петропавловске), но проект не выжил по финансовым причинам. Строить объекты ГМССБ в Карагинском или Олюторском районах не представляется возможным в силу слаборазвитой инфраструктуры. Дальше – на Чукотке – те же проблемы. И это очень печально для нашей морской державы…

В последние годы уделяется большое внимание антитеррористической безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств, в том числе морских. Тратятся большие деньги на усиленную охрану, видеонаблюдение, строительство ворот и заборов, металлодетекторы, тепловизоры, колючую проволоку и т. д. Сегодня в Петропавловске так просто не пройти ни в здание морского вокзала, ни на причалы бывшего рыбного порта. Но сильно озаботившись безопасностью зданий, сооружений и прочего имущества, государство подзабыло о безопасности людей, работающих в море. Увы, для наших моряков и рыбаков быть спасенным – это пока игра судьбы, но не право, гарантированное законом. А ведь по Конституции высшей ценностью у нас является человек, а не объект транспортной инфраструктуры.

Кирилл МАРЕНИН

P. S. Обязаны ли суда, работающие в районе Западной Камчатки, оснащаться оборудованием ГМССБ под морской район А2, учитывая, что объект ГМССБ А2 в п. Озерновском считается недействующим (а значит, и района А2 у западного побережья нет)? Этот вопрос наша газета адресовала капитану морского порта Петропавловск-Камчатский. Конкретного ответа мы не получили. Нам лишь предложили самостоятельно ознакомиться c Международной конвенцией по охране человеческой жизни на море и с правилами по оборудованию судов.

Возможно, судовладельцы, чей флот работает у Западной Камчатки, прочитав эту статью, сами расскажут, обязывают ли их ставить на борт оборудование для морского района А2. Если да – то это, мягко говоря, было бы введением в заблуждение моряков и рыбаков за их же деньги.

10:05
844
RSS
Электроник
05:59
Американская компания SpaceX планирует разместить на орбите Земли дополнительно 30 тыс. спутников в рамках проекта Starlink. В общей сложности, с учетом более 11 тыс. спутников, разрешение на размещение которых уже имеется у SpaceX, число ее аппаратов превысит 40 тыс. Starlink разработан в 2015 году компанией SpaceX для обеспечения глобального доступа к высокоскоростному интернету.
А в России? А в России… тифон, шашки и ракеты.
Электроник
06:00
Россия пока не будет создавать глобальную систему спутникового интернета. Проект, на который планировалось потратить более 530 миллиардов рублей, не заинтересовал инвесторов.

Многофункциональная инфокоммуникационная спутниковая система «Эфир» должна была конкурировать с британской OneWeb и американской SpaceX в области покрытия планеты широкополосным интернетом. Единственным потенциальным инвестором был банк ВЭБ, однако год назад он отказался от участия.
В связи с этим «Роскосмос» исключил проект из национальной программы «Цифровая экономика». В госкорпорации полагают, что аналогичные задачи можно решить в рамках спутниковой программы «Сфера» с меньшими затратами. Решение было принято на заседании рабочей группы 20 сентября, представители бизнеса не имели возражений, пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на участника заседания. Информацию подтвердил представитель «Цифровой экономики». Теперь, по данным издания, власти перестанут искать инвесторов для запуска «Эфира» и заниматься его проектированием. Представитель вице-премьера Максима Акимова, курирующего программу, уточнил, что с правительством решение пока не согласовано.
«Эфир» был частью комплексного проекта «Сфера», который президент Владимир Путин анонсировал летом прошлого года. По данным «Коммерсанта», «Сфера» будет включать более 600 спутников. Завершение проекта планируется до 2030 года на принципах смешанного государственного и частного финансирования.
echo.msk.ru/news/2510763-echo.html
Аноним
08:01
Совершенно верно, объект ГМССБ в п. Озерновский не считается действующим, но финансирование на его «деятельность» выделялось регулярно. Попросите ФАР подтвердить или опровергнуть эту информацию.
Загрузка...