Камчатка должна жить лучше Аляски, для этого есть все предпосылки

Камчатка должна жить лучше Аляски, для этого есть все предпосылки

Это окончание статьи Юрия Мартиновича о секретах производства качественной рыбной продукции и ее выгодной продажи во благо не только бизнеса, но и населения. Предыдущие части здесь и здесь 

В заключительной части хотелось бы немного описать, как организована работа нашей отрасли в Скандинавии, как там ловят рыбу, как ее перерабатывают, куда и как ее продают.

Бесспорным шедевром человеческой мысли остается рыбный аукцион. Я их знаю трех видов. Первый – открытый, куда может прийти любой смертный, куда водят школьников и туристов на экскурсии. Такой я не раз посещал в Ханстхольме (Дания) и в Гетеборге (Швеция). Второй – закрытые аукционы, где принимают участие только брокеры и сам ведущий, как, например, в Голландии. Третий – виртуальные аукционы, в интернете, как в Норвегии.

Открытые аукционы расположены в охлаждаемом помещении размером с футбольное поле, которое расположено в рыбном порту рядом с причалом. Все рыболовные суда, боты и прочие рыбацкие плавсредства вечером и ночью прибывают в порт, выгружают рыбу в ящиках со льдом. Сортирована рыба по видам, по размерам, по качеству. Так же выгружаются приловы, моллюски, членистоногие, головоногие моллюски, водоросли, кишечнополостные. В общем все, что удается поймать в донный трал, на перемет и другие разрешенные орудия лова. К 6.00 часам утра основная процедура выгрузки рыбы заканчивается и в помещения допускаются потенциальные покупатели, которые смотрят, что им подходит по виду, по количеству, делают у себя в бумагах пометки, а в ящик кладут этикетку брокера, чтобы на торгах выкупить маркированный лот. Лот может быть от размера одного ящика до нескольких тонн. В 8.00 начинаются торги, которые длятся 1 час, после чего купленная рыба выкупается и грузится на транспорт. К обеду помещение аукциона уже пусто и уборщики приступают к его уборке и подготовке к новому аукциону. Прелесть такого аукциона заключается в следующем.

1. Выгружается вся добытая продукция.

2. Любому предпринимателю доступна покупка необходимого количества рыбы для нужд бизнеса открыто по объективной цене.

3. Рыбак получает максимально возможную цену за сданный улов, он хорошо мотивирован производить максимально возможное высокое качество.

4. Аукцион принадлежит муниципалитету или местной власти, которые за каждый килограмм проданной рыбы получают доход от 5% и до 10% в зависимости от страны и величины аукциона.

5. Вокруг аукционов сконцентрировано много компаний с большим количеством рабочих мест. Прежде всего это рыбопереработка, производство льда и упаковочного материала, продажа моющих средств, рабочей одежды, орудий лова и различных материалов, а также судоремонт, транспортные компании и много чего еще, что может потребоваться участникам всего этого процесса, в центре которого рыба.

6. Местное самоуправление никогда не скажет, что в казне нет денег.

7. Для людей всегда имеется работа, интенсивность которой зависит от времени года.

8. Всем окружающим потребителям и обывателям дается гарантия, что каждый день они могут приобрести качественную пищу из свежей рыбы.

9. Рыбодобывающие компании не могут скрывать уловы или доходы, чтобы манипулировать в вопросах уплаты налогов.

Закрытые аукционы – это, по сути, то же самое, что открытые аукционы, но туда допускаются только брокеры без покупателей и посторонних лиц. Такие аукционы могут быть намного больше, включать в себя несколько павильонов для размещения уловов и проведения торгов.

Виртуальные аукционы я встречал в Норвегии. Такие аукционы проводятся по интернету для промысловых судов, которые закончили промысел и возвращаются в порт выгрузки. По радио и в интернете они декларируют количество и виды рыбы на борту, охлажденной и замороженной, указывают качество улова. Вся собранная информация передается в центр проведения торгов, и проводятся торги в соответствии с заявками покупателей. В таких аукционах продаются партии рыбы до нескольких тысяч тонн. И опять же все идет по общим принципам аукциона. После торгов капитану судна сообщают, кто покупатель и куда следовать на выгрузку. Как правило причал является приемной площадкой рыбоперерабатывающей компании, оборудованной краном, транспортером или рыбным насосом для быстрой, качественной выгрузки. Обычно большие перерабатывающие компании находятся в маленьких поселках, в шхерах, на островах. Бывают такие места, куда почти невозможно добраться в осенне-зимний период.

Первый пример – компания в городке Шилинге (Швеция). Специализируется на производстве маринованного филе сельди. В день получает от рыбаков до 100 тонн сельди, охлажденной в наливных трюмах. Рыба выливается в береговые цистерны, а оттуда поступает на 3 филетировочные линии. После резки филе попадает в 100-литровые бочки с маринадом. К концу дня все упаковано и готово к отправке. Персонал – 25 человек.

Второй пример – в городе Вестервик (Швеция) есть компания по заморозке сельди в морозильных аппаратах в блоках с водой без подпрессовки, что позволяет получать высшее качество и теоретически неограниченный срок хранения при минус 25. Замораживает в сутки до 500 тонн, персонал – 6 человек, включая директора.

И еще один пример – компания «Астрид Фиск Экспорт» в поселке Ронинг. Она имеет два мощных и современных траулера-сейнера с экипажем по 8 человек на каждом. На одном из них – судне «Астрид» – проходил практику мой сын. Так получилось, что я заехал навестить сына во время урагана (35м/сек), а они только что вернулись с промысла. Море пустое, ни одного рыбака, только они. Они взяли на кошелек 80 тонн кильки, получили за нее тройную цену. Когда я появился, они уже слили рыбу и занимались перешвартовкой. Что в этом необычного? Судно одной компании, несмотря на свою собственную фабрику, продавала рыбу на аукционе, а выкупила рыбу другая шведская компания АВВА. Продавец получил за улов полмиллиона шведских крон или около 100 000 «баксов» за 1 день промысла.

P. S. Кратко о себе. Начал заниматься переработкой с 1990 года, когда был назначен зам. гендиректора по производству в советско-шведскую компанию Banga Seafood international в латвийском поселке Роя. В 1992 году назначен гендиректором, а с 2005 года – президент компании, переизбирался на этом посту 3 раза. Однако ушел со своего поста по собственному желанию. Возглавлял свою собственную компанию, но поменьше, с оборотом всего 3 млн долларов в год. Через 4 года бизнес продал и уехал работать консультантом голландской инвестиционной компании в Шри Ланку. Там занимался производством филе желтоперого и синего тунца, экспортом продукции в Амстердам самолетами. Через год вернулся в Европу, в Литву, чтобы поправить здоровье.

Через пару лет узнал, что на Сахалине реализуется государственная программа по развитию рыбоперерабатывающей отрасли. Созвонился со своим старым другом, однокурсником и профессором Евгением Хрусталевым в Калининграде. Спросил, нет ли у него на Сахалине бывших студентов, так как хотел поехать на Сахалин и остаться там жить. Когда летел в Южно-Сахалинск, был полон оптимистичных планов. Однако прожил там всего полгода, еле ноги унес из натурального рабства. И набрался 100-процентного отрицательного опыта, как нельзя работать с рыбой. До сих пор не могу понять, как из красивой сильной рыбы можно сделать полуфабрикат для консервов.

Не повторяйте ошибок Сахалина, там уже нет рыбы на юго-западе, скоро не будет ее вообще.

Теперь я успокоился, как обычный пенсионер, иногда выезжаем с женой в санаторий, в Сочи, в Калининград или еще куда. В этот раз стало совсем тоскливо из-за карантина. С подачи вашего земляка Сергея Вахрина прочитал материал об Усть-Камчатске, где вкратце описаны сам поселок и большая проблема с безработицей. Вот я и решил поделиться во благо камчатцам всем, чем могу. Если этот материал кому-то будет интересен, готов ответить на вопросы о деталях, об оборудовании или еще чем-нибудь. Вознаграждения мне никакого не надо, у меня все есть. Желаю всем рыбникам, всем коллегам успехов. В моем понимании Камчатка находится внутри богатейших регионов, между двух морей, чертовски богата ресурсами, а также умными, смышлеными людьми. Вот местная власть и должна уметь взять положенное для народа с каждого вылавливаемого хвоста, будь то аукционы, либо какой другой механизм, а деньги инвестировать в рабочие места и в качественный уровень жизни. Камчатка должна жить лучше Аляски, для этого есть все предпосылки.

На фото: 2008 год, причал ЗАО «Акрос», одна из первых и редких попыток провести аукцион рыбной продукции в Петропавловске-Камчатском (из архива «Рыбака Камчатки»).

02:45
567
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...