Юрий Татаринов: «Пока не было случаев, чтобы приходилось открывать огонь на поражение»

Юрий Татаринов: «Пока не было случаев, чтобы приходилось открывать огонь на поражение»

Лососевая путина идет к завершению. Сегодня итоги подводят не только те, кто добывает рыбу, но и те, кто ее охраняет.

На вопросы нашей газеты отвечает руководитель Северо-Восточного территориального управления Росрыболовства Юрий Татаринов.

– Юрий Александрович, ваш предшественник Александр Христенко в 2015 году сказал, что на одного инспектора СВТУ в среднем приходится более 1 400 рек и ручьев протяженностью более 3 600 км. Соотношение этих цифр остается прежним?

– Да, остается, несмотря на оргштатные изменения, которые проведены в СВТУ в соответствии с постановлением правительства о сокращении численности аппарата госслужащих. Руководитель Росрыболовства Илья Шестаков изначально ставил задачу не сокращать инспекторский состав. Мы ее решили, сократив вакантные должности, а также должности в отделах, которые в наименьшей степени связаны с контрольно-надзорной деятельностью.

Сегодня ведется активная работа по подбору личного состава. Это не просто. Труд инспектора специфичен. Ему приходится уезжать в длительные командировки в самые отдаленные районы полуострова. А его зарплату не назовешь высокой, хотя мы в этом году подняли стимулирующие выплаты. Далеко не каждый согласится на такие условия.

Федеральное агентство не оставляет наше управление без поддержки. Этим летом сюда были направлены в командировку 10 сотрудников из других управлений ФАР – Средневолжского и Северо-Западного. Они работали на таких неспокойных участках, как реки Быстрая, Плотникова, Авача, Паратунка, пост в районе поселка Сокоча.

Значительна помощь в охране водоемов полиции, Росгвардии, Пограничного управления ФСБ по восточному арктическому району. Мы благодарим за активную гражданскую позицию ассоциации рыбопромышленных предприятий, которые оказывают нам содействие. Практика привлечения общественных инспекторов себя хорошо зарекомендовала. Она позволяет расширить географию рыбоохранной работы. У общественников нет полномочий, которые есть у государственных инспекторов. Но само их присутствие на реке дисциплинирует рыбаков.

– А все ли общественные помощники оправдывают доверие? Недавно в Усть-Камчатском районе сотрудники ЧОПа, привлеченные к охране реки рыбопромышленной компанией, сами оказались под подозрением.

– В этой ситуации еще разбираемся. Возможно, здесь нет чьей-либо вины, а дело в человеческом факторе. Бывает, что общественные инспекторы не находят общего языка с конкретным государственным инспектором.

Но в целом работа по охране водных объектов была организована эффективно. Об этом говорит уровень пропуска лососей на нерестилища. Практически во всех водоемах Камчатки он выше норматива. Для нас это более важный показатель, чем количество составленных протоколов или изъятой рыбы.

– В прошлые годы заполнение нерестилищ на реке Камчатке было на гораздо меньшем уровне. Значит, ее охрана тогда была организована не эффективно?

– Я так не могу сказать. Камчатка – особенная река в силу своей протяженности и других факторов. Задачу обеспечить заполнение нерестилищ здесь не решить только силами рыбоохраны. Здесь нужны совместные усилия власти и бизнеса. Последние два года рыболовецкие предприятия добровольно отказываются вести промысел на реке, что дало благоприятный результат. А в этом году еще и природа помогла: размытие косы в устьевой зоне позволило нерке зайти в реку, миновав расположение большинства морских ставных неводов.

– Приказом главы ФАР № 697 от 17 декабря 2020 года был утвержден перечень должностных лиц, уполномоченных составлять административные протоколы. В него почему-то не попали рядовые госинспекторы, на которых приходится почти вся полевая работа. Как вы выходили из ситуации?

– Действительно была допущена такая техническая ошибка. Ее потом исправили, но почти весь первый месяц путины государственные инспекторы не имели права составлять административные протоколы. Тем не менее все плановые мероприятия были проведены. Мы включали в инспекторские группы старших госинспекторов, которые могли составить протокол. Кроме того, в тот период подход лососей еще не достиг высоких значений, поэтому нагрузка на инспекторов была еще не такой серьезной, как в последующие месяцы. Таким образом, данная ошибка не отразилась на нашей работе.

– 7 августа общественник Сергей Мылов опубликовал видеорепортаж из Соболевского района. На кадрах видны груды выпотрошенных лососей и брошенный невод на берегу реки Удова. Как вы прокомментируете эту ситуацию?

– На реке Удова браконьерские бригады действительно занимались незаконным промыслом. Да, мы недоработали, я это признаю. Наш пост появился там позже, чем следовало. Но когда он появился, все вопросы были сняты. Мы провели там большую работу, которая дала результаты в виде возбужденных дел, изъятых рыбы, икры, а также имущества браконьеров.

Что касается других водоемов Соболевского района, считаю, что на реке Большая Воровская нам удалось организовать работу значительно лучше, чем в предыдущие годы. В Соболевском районе именно на этой реке когда-то отмечалось наибольшее браконьерство. Сегодня там этого нет.

– 25 июня в Милькове подожгли деревянный гараж, где хранилась техника вашего управления. Она была уничтожена. Установлено ли, кто и почему это сделал?

– Много времени ушло на подготовку заключения о том, что это был поджог. Только когда оно было готово, возбудили уголовное дело. Полиция ведет следствие. Пока результатов нет. Технику, конечно, жаль. Она была куплена в прошлом году, предназначалась для работы в труднодоступной местности. Наши сотрудники успели воспользоваться ей только один раз. В то же время этот случай показывает, что наша работа дает результаты, раз она встречает такое противодействие.

Это не первый подобный инцидент. В предыдущие годы поджигали наши посты, угоняли и повреждали лодки. Мы усиливаем меры по сохранению служебного имущества. Раньше была возможность нанимать сторожей. Сейчас приходится обходиться видеонаблюдением. Мы запросили дополнительное финансирование, чтобы обеспечить все наши объекты видеонаблюдением и ограждением.

– В 2005 году к Россельхознадзору вместе с функциями рыбоохраны от Росрыболовства перешло и оружие. Когда эти функции вернулись в Федеральное агентство по рыболовству, вопрос о вооружении повис в воздухе. Когда он был решен? Чем сегодня вооружены ваши сотрудники?

– Только в 2014 году сотрудники СВТУ, которые осуществляют охрану водных биоресурсов, получили право носить оружие. Сегодня они вооружены пистолетами Макарова, карабинами «Сайга». Пока не было случаев, чтобы приходилось открывать огонь на поражение, если не считать защиту от хищников. В позапрошлом году, когда браконьеры пытались задавить машиной наших сотрудников, те были вынуждены сделать предупредительный выстрел в воздух.

В большинстве случаев наличия видеорегистратора было достаточно, чтобы предотвратить нападения на наших сотрудников, оскорбления в их адрес.

– Несколько лет назад в Мильковском районе на реке Камчатке протаранили лодку, в которой находились сотрудники СВТУ. В такой ситуации у них было право применить оружие для защиты?

– Трудно ответить на этот вопрос. Все произошло быстро. У наших коллег не было времени что-либо предпринять, прежде чем они оказались в реке. К сожалению, уголовное дело, которое возбудили по этому факту, не дошло до суда. Его прекратили. Инцидент был расценен как случайное столкновение. Почему сотрудников СВТУ бросили в воде, не оказав им помощь, никто не объяснил.

– Научное сообщество готовит инициативу о присвоении озеру Начикинскому статуса особо охраняемой территории. Значит ли это, что рыбоохрана не в состоянии защитить водоем? Помните ли вы ситуацию 2015 года, когда на озере нашли большое количество браконьерски добытой рыбы? Повторялось ли подобное потом?

– Я помню и более давние события, происходившие на этом озере. Весенняя нерка, заходившая в Начикинское, долгое время была стартовым уловом для местных браконьеров. Они добывали ее для «разбега» перед основной путиной. Случались вещи и похуже, чем в 2015 году. Но за последнее время проблема незаконного лова на озере решалась вполне успешно. Браконьеров здесь стало меньше. Заполнение нерестилищ улучшается.

Возникла другая проблема. На берегу озера растет туристическая инфраструктура. В результате появляются свалки. Туристы на лодках вторгаются на нерестилища. Мы встречались с представителями туркомпаний, которые ведут деятельность на озере, проводили с ними разъяснительную работу. Но это не помогло. Режим особо охраняемой природной территории позволит ввести здесь некоторые ограничения, чтобы защитить водоем. Другой возможности сделать это на сегодня не существует.

– При обсуждении проблемы перевозки красной икры в личном авиабагаже называется такая цифра: ежегодно частным порядком с Камчатки вывозится более 500 тонн икры неизвестного происхождения. Если перевести эту цифру в улов, то получится, что в крае незаконно добывается 15 тысяч тонн лосося каждый год. Согласны ли вы с такими оценками?

– Я думаю, эти цифры преувеличены. За основу взяты данные Россельхознадзора о перевозках икры в личном багаже. Но, во-первых, икру можно приобрести законно. Во-вторых, если икра приобретена у частных лиц, это не значит, что она обязательно получена из браконьерского улова. Например, в рамках традиционного промысла КМНС на Камчатке ежегодно добывается порядка семи тысяч тонн лососей. Очевидно, что часть этого законного улова идет на производство икры, которая тем или иным способом попадает в оборот. Это тоже надо учитывать.

Я не спорю, что браконьерский промысел в нашем крае ведется в значительных масштабах в силу его высокой маржинальности. В этом году стоимость сырца икры достигала 3,5 тысячи за килограмм. Такие цены толкают многих на нарушение закона.

За браконьерство законом предусмотрена достаточно строгая ответственность. Но доказывать причастность к таким преступным действиям тяжело, даже если злоумышленник, задержанный на месте преступления, весь в рыбьей чешуе. Процесс незаконной добычи водных биоресурсов должен быть зафиксирован на видео, а качество видео должно быть высоким. Бывали случаи, когда в суд предоставлялись видеоматериалы, а суд их не принимал в качестве доказательства, так как лицо обвиняемого было плохо видно.

Уже очень давно обсуждается инициатива ввести ответственность за перевозку незаконно добытой рыбной продукции. Такая мера позволила бы по крайней мере изымать транспортное средство на время административного производства. Это тоже своего рода наказание. Но пока такой ответственности нет. Любой, у кого в автомобиле найдут нелегальную икру, может оправдаться тем, что просто ее нашел.

– В июле к губернатору нашего края обратился бизнесмен из Усть-Большерецка Сергей Мартынов с жалобой на СВТУ. По его словам, сотрудники вашего управления, работающие на реке Большой, базируясь на территории туркомпании «Бигривер», создают ей наиболее благоприятный режим работы. Вы не считаете, что использование для инспекторов СВТУ частной туристической базы – это коррупционный фактор?

– Сотрудники СВТУ, которые работают на реке Большой, базируются на служебных постах. Они не живут, не ночуют, не питаются на территории компании «Бигривер». Они только используют берег на этой территории, потому что там удобный спуск на воду для лодок.

– 9 июня 2021 года в СВТУ состоялось совещание по вопросу организации любительского рыболовства. Согласно пункту 2.3 его протокола с 15 октября до 11 мая должен быть обеспечен свободный бесплатный лов водных биоресурсов (кроме лососей) для граждан на реках Большая, Быстрая, Начилова, Паратунка, Авача в границах участков, предназначенных для организации любительского рыболовства. Этот пункт надо воспринимать как рекомендацию или как требование, обязательное к исполнению?

– Этот пункт носит характер рекомендации, потому что я не могу диктовать пользователям участков, как им вести свою деятельность. На материке участков для любительского рыболовства уже не существует. На Камчатке институт участков сохранен. По закону рыболовство на таком участке разрешено только по путевкам. Если ставить цель обеспечить людям бесплатный лов на участках, значит надо обеспечить им бесплатные путевки.

По умолчанию речь идет об участках одной организации – северо-восточного филиала ФГБУ «Главрыбвод». Кроме нее практически никто не продает путевки на лов корюшки, гольца, микижи, хариуса. Главрыбвод реализует путевки по социальным ценам себе в убыток, не делая на этом бизнес. Готов ли он предоставлять путевки бесплатно? Это надо обсуждать. Кстати, печать путевок стоит денег. Не говоря о том, что пользователь участка должен платить государству за пользование водными биоресурсами. За счет каких финансовых источников оплачивать эти расходы, если путевки станут бесплатными? Давайте вернемся к этой теме через месяц. Я надеюсь, к тому времени мы данный вопрос решим.

– В том же протоколе (пункт 3.5) предлагается проработать вопрос введения запрета на продажу чавычи, добытой в Усть-Большерецком, Соболевском, Тигильском районах. Почему такого запрета до сих пор не существует, ведь чавыча на западном побережье добывается только в рамках любительского рыболовства, а любительский улов продаже не подлежит?

– Если вы добыли рыбу в рамках любительского лова, у вас возникает право распорядиться ей по собственному усмотрению, в том числе продать. Закон это право не ограничивает. Другой вопрос в том, что отмечаются попытки продавать браконьерский улов под прикрытием путевок на любительское рыболовство. С этой целью в информационной системе «Меркурий» кто-то создал площадку, привязанную к одному из участков, выделенных для данного вида лова. Когда Россельхознадзор эту площадку выявил, он ее закрыл. Но такие площадки опять возникают.

Звучат предложения легализовать эту деятельность, поставить ее на поток под видом «социального рыболовства». Я считаю, что такие проекты требуют очень тонкой настройки.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Для справки

Итоги деятельности СВТУ ФАР

за период путины-2021:

вскрыто 2 560 нарушений,

иъято 989 орудий лова,

303 транспортных средства,

1 943,44 кг икры,

15,767 тонны рыбы.

07:20
2054
марсовый
20:43

Приравнять инспекторов ФАР по зарплатам, пенсиону, другим льготам к инспекторам ГМИ ФПС и отбоя не будет от желающих.По значимости экономической, социальной, они делают не меньше.

Загрузка...